Больше четырех строк 6

Больше четырех строк 1

Больше четырех строк 2

Больше четырех строк 3

Больше четырех строк 4

Больше четырех строк 5

Больше четырех строк 6

Больше четырех строк 7

Больше четырех строк 8

Больше четырех строк 9

Больше четырех строк 10


РЕКВИЕМ ВЕСНЕ

Осень словно реквием весне.
И зачем я согласился выпить?
Издаю протяжный возглас выпи,
Находясь в жестоком бодуне...
Разгорелись краски за окном.
Желтое на синем - просто прелесть!
Глянь - коты на солнце разогрелись,
Пёс включил хвостатый метроном,
Подметист* "Дубинушку" завёл,
По двору гоняя орды листьев.
Без листвы деревья мускулистей...
Без тепла желанней этанол...

*) подметист - дворник 

 

АССОЛЬ

     Запел, засвистел соловей-балагур с осанкой честнЫх кабальеро. Сгущается сумрак над пьяным селом. Блистая остатками труб, томится десяток облезлых фигур забытых толпой пионеров. Презрев опостылевших буден облом, субботой живёт сельский клуб. Волнуется круг аэлит-кармелит и диско танцующих лижет. Вот этот призывно уставился бой и также призывно вон тот. А дальше-то что? Страх отказа рулит. Никто не подходит поближе. Один подошел, да и тот голубой. Глядите, какой доброхот! Неделя ползла черепахой семь дней, мечталось угрезиться в танце. Табун предвкушений препятствовал сну, вздымал над мечтами ковыль и топал копытом нещадно по ней, как будто стремясь расквитаться за даром мелькнувшую пулю-весну в унылом кругу простофиль... Тоска находиться средь ирок и варь, плести небылицы без пауз. Тоска собирать по копилочкам нал, себя ожиданьем моря. Хоть кто-то б в райцентре купил киноварь создать терракотовый парус. Да хоть бы и алый, кармин, кардинал, но только б увез за моря! 

 

Я НЕ ХОТЕЛ БЫ

Я не хотел бы гнать по стадионам,
Мне подавай прохладу и лесочек.
Я не хотел бы ставить точку сонно,
Мне подавай тире и много точек...

Я не хотел бы по проспекту цугом,
Мне подавай бульвары и аллеи.
Я не хотел бы оставаться другом,
Мне подавай любовь, да посмелее!

 

ПРЕДЧУВСТВИЯ

Ты еще за далеким кордоном,
Но подсказками, как ни крути,
Блики верст на окошке вагонном,
Блики звезд на Молочном Пути.

Предваряя поток эволюций
Где-то там, далеко впереди,
Вектора мирозданья сойдутся
На беспанцирном центре груди.

Обмельчает истрепанный бруствер
И на бесцеремонной земле
Послевкусием этих предчувствий
Ошарашит любых сомелье. 

 

ПОИСКИ ЛЮБВИ

Свой носик гордо вздерни-ка!
Искал тебя в стихах.
Купил четыре сборника,
И что? Одна труха!

Тебя там не нашёл...
Ишо...

С детства обожаю коверкать слова. "Вчера" произношу как "вчерась", "жизнь" - "жисть", "ещё" - "ишо". Окружающие относятся с пониманием. Хотя некоторых эта привычка все-таки раздражает. Но задачи нравиться всем никогда и не ставилось.

Мой интерес понянчи-ка!
Искал тебя в лесу.
Нашел двенадцать зайчиков
И хитрую лису!

Тебя там не нашёл...
Ишо...

Очень мне нравилось по-доброму подтрунивать над рано оженившимися приятелями. Удивительно, что никто в перепалку не вступал, а неожиданно мудро (в девятнадцать-то лет!) и взросло (вот именно!) посмеивались, явно добродушничая.

Красуйся посолидней-ка!
Искал тебя в себе -
В своем ребре ехидника
Во сне и при ходьбе.

Тебя там не нашёл...
Ишо...

Помню - сердце подпрыгнуло как маяк при землетрясении, когда увидел тебя. Это был сюжет для кинофильма. Ты стояла в холле нашего курсантского клуба, я на улице. Мы жестикулировали, не слыша друг друга. Со стороны казалось, что мы знакомы тысячу лет...
Наша дочь уже старше, чем мы тогда...
ХОРОШО-ТО КАК!!!

 

ПРИПОЗДНИЛСЯ

К рассвету, так бывало,
Я приползал впритык,
Ты с ходу распускала
Раздвоенный язык.

Являла мощь гипноза,
Гремучками звеня,
Но яд твой в малых дозах -
Лекарство для меня!

Без всяких там патетик,
С предвиденьем осла
Несу домой букетик,
Чтоб доза не росла! 

 

ХОТЕЛ ЖЕЛАТЬ, ЖЕЛАЛ ХОТЕТЬ

Хотел бы птицей в облака,
Но не нашлось подъемных сил.
Мечта жила во мне, пока
Внизу по грязи колесил...
И грыз я притяженья клеть,
Пытаясь хоть на миг взлететь!

Хотел бы богом по воде,
Рутина утопить смогла.
Не верил, что судьба - удел.
Дождался - стали удила!
И я без устали чудил,
Пытаясь избежать удил!

Стремился, вожделел, алкал,
Хотел желать, желал хотеть,
К рассвету рвался, но финал
Не изменился ни на треть.
Чтоб светом встретить финиш дней,
Пойду хотеть еще сильней! 

 

В ЛИТКУРИЛКУ ВОЛОКЛИ ПОЭТЫ

По грудям непаханной планеты
Пару сотен тысяч лет назад
В литкурилку волокли поэты
Глыбы со стихами невпопад.

Декламируя на полувздохе,
Жгли хореем суету сует.
Неподвластно творчество эпохе.
Впрочем, неподвластен и поэт.

Сто утесов музой раздробило,
Сто зверей пустилось наутёк,
Но в руке не дрогнуло зубило,
А в другой не дрогнул молоток!

 

РОССИЯНИН

Тьма зело
Узит круг.
Тяжело
Точка ру.

Звон монет...
Каждый - брут...
Веры нет
Точка ру.

Военврач,
Военрук,
Снег горяч
Точка ру.

Не указ
Правдоруб.
Напоказ
Точка ру.

Ходуном
Поутру -
С новым днем
Точка ру!

Вверх орел,
Вверх хоругвь -
Я нашел
Точка ру.

Дрожь в груди -
Есть в миру
Парадиз
Точка ру!

 

ОНА ПИЛА МОЮ УНЫЛОСТЬ

Она пила мою унылость
Ежеминутной чехарды
И даже тень ее искрилась,
Лаская теплые следы!

Мою несобранность глодала,
А робость мазала на хлеб.
Звезд до того встречал немало,
Но с ней в мгновение ослеп!

И вдруг пологим стал мой берег...
И вдруг мой темперамент сник...
Ну как я мог в нее поверить?
Наверно обчитался книг!

 

ЛЮБОВЬ НА ЛАДОНИ

Подключаешь обнаженно клеммы?
Не тревожь меня, прошу! Не тронь!
Экзистенциальные проблемы
Наложили на любовь ладонь.

Нет! Тревожь! Налей мне "Старопрамен"!
Дай икру - российский рататуй!
Просверли зелеными глазами
И пуантом страсти затанцуй!

Подтяну фигуру плохохоньку.
Ты меня прилюдно не голгофь,
А зажмурь глаза, я потихоньку
На ладони положу любовь.

 

У СЕМИ НЯНЕК...

Был и с глазом, и без...
Тут спасибо папане -
Так хотел семь чудес,
Притащились семь нянек!

Нож в руке у одной,
Чрезвычайно длиннющий,
На глазное на дно
Давит прежнего пуще.

У второй - карандаш
Восемь "Т", не иначе.
Тут и папу продашь,
Лишь бы выбраться зрячим!

Штопор вьётся змеёй
В ридикюле у третьей.
Вряд ли я, ой-ёй-ёй,
Помешаю суметь ей.

По большому болту
У четвертой и пятой.
М-да, родил суету
Этот глаз растреклятый.

У шестой - долото.
У седьмой - гвоздик, глянь-ка!
Может что-то не то
Я сказал этим нянькам? 

 

БРУТАЛЬНЫЙ РОКЕР

Из грунта прет листы валериана,
Заметивши, что кошки далеки…
Он точно полюбил бы Мопассана,
Когда бы тот ваял боевики!

Склонилась над дорогою берёза.
Ей писано немало теплых строк…
Он точно полюбил бы Берлиоза,
Когда бы тот ваял тяжелый рок!

Высокая двубортная мансарда
Засажена семействами резед…
Он точно полюбил бы Леонардо,
Когда бы тот ваял мотоциклет!

Взметнули стрелы к небосводу ели,
Средь хвойных утверждая статус-кво…
Он точно полюбил бы Церетели,
Когда тот не ваял бы ничего!

 

ВЫСОКА В МИЛАНАХ МОДА

Шрамы разочарований
Испещрили душу мне.
Загниваю на диване 
Словно сено на гумне.

Высока в миланах мода,
А в тамбовах и орлах
Пол подземных переходов
Справленной нуждой пропах.

Вой малаховых из окон 
Даже труп расшевелит...
У дороги одиноко 
Просит мелочь инвалид.

В цыпках руки, ноги босы
И в отходах борода...
А вокруг - единоросы.
С новым веком, господа!

ВОТ ТАКОЙ Я ГРАФОМАН!

Писал стихи, такой уж был синдром,
И псу под хвост, да не один кило.
Пес сутками гонялся за хвостом!
Неужто так невыносимо жгло?

Ого! Да так недолго околеть!
Причем тут я? Ты обвиненья брось.
Достану-ка из голенища плеть -
Коль битый, испугается авось.

Косой на камень в тишине найдет
На псиный разум мой соминый ус!
Не ожидайте рифмы "идиот".
Не выношу ругательства от муз!

От ямба, как от водки, развезло
И не хватало нянечек Арин.
Воняло псиной и чуть-чуть козлом,
Со свечки в душу капал стеарин.

Я сам себе стегал хвостом бока,
Пока меня тошнило от трухи.
Пожалуй, псарню заведу пока,
Чтоб было, где выкладывать стихи...

 

ВЕТЕР В ГОЛОВЕ

Мне пел самозабвенно соловей,
А я всю ночь под эти переливы,
Неприхотливый и неторопливый,
Прислушивался к ветру в голове.
Его порывы - новость для меня.
Его природа - для меня загадка.
Сейчас, пожалуй, ухмыльнувшись гадко,
Устрою ветру знатный нагоняй!

НАПРАВЛЕНИЕ ВЕТРА
Задернет полог ночи небосвод,
Наладит месяц востроносы сани
И я услышу ветра завыванье –
Предвестье неудач и непогод.
Беспутства пламя раздувает он
И гонит искры непотребства в поле.
Ответ неясен на вопрос «доколе?»,
Но разум различает моветон.

СИЛА ВЕТРА
Сбивает с толку и ведет с ума
Мельканье грязи по виткам торнадо.
Почто тот шквал? Зачем мне это надо?
А что за ним? Чума? Тюрьма? Сума?
Порыв самума темноте под стать -
Не эротик, а порно в стиле ретро.
Я не калмык, чтоб умиляться ветром
И не моряк, чтоб ветер оседлать!

ШТИЛЬ (НЕВОЗМОЖЕН)
Мне б по ступеням разогнаться вверх
И нежно полюбить себя в расцвете…
Но снова завывает этот ветер,
В зените раздувая фейерверк!
В бессилье я опять зубами - щёлк!
Смешны мои микроны гигаметру.
Пожалуй, в темноте схожу до ветру –
Ну должен быть в нем хоть какой-то толк!

 

МОЙ ВИГВАМ

Мой вигвам немного сыр, но
Все равно вигвам-то мой!
Ты пеняешь мне настырно,
Что, мол, нет житья со мной.

Что, мол, я сложил ручонки
На некошенной груди,
Кривоногий, словно Чонкин,
Без надежды впереди.

Раскаляясь понемногу,
Подсушусь от этих слёз
И в длиннющую дорогу
Снаряжу худой обоз.

По стволам взбираясь цепко,
В дуплах оставляя мёд,
Вознесу самооценку
До несбыточных высот.

Мой вигвам хоть и горит, да
Все равно вигвам-то мой!
Если не сожрет Харибда,
Погасив, вернусь домой.

 

НЕУМЕХАМ

Я шел, наплевав на печали,
И был лишь чуть-чуть ротозей.
Подошвы мои облепляли
Ошметки продажных друзей.

Я волей не сдерживал норов,
Шагал, не теряя лицо.
Скрипели останки партнеров
И родственников-подлецов.

Проблемы меня молотили
По ребрам, в затылок, под дых.
Бывало непросто кутиле
И юных пинать, и седых.

Понятно теперь, что нападки
Критичных, блажных неумех,
Как ни были б злобны и гадки,
Способны рождать только смех?!

 

БОТИНОЧКИ ДЛЯ ПЛЯЖА

Дикий рынок "Гулливер",
Середина девяностых,
Люди самых разных вер -
Контингентец разношёрстый.

Все клубятся, все снуют,
И быки, и карапузы.
Я, оставимши уют,
Прикупить заехал шузы.

Силюсь перевыть январь:
"Мне ботиночки, ребяты".
Продавец призывно: "Варь!
Дай-ка дяде сорок пятый!".

Ай, ботинки хороши
В рамках ГОСТ, в границах правил!
Кто-то часть своей души
В них на фабрике оставил.

Так приятны! Так броски!
Для примерки обуваю,
Хрясь, и кожа на куски -
Мегатрещина по краю.

Шузы сняв брезгливо, я
Возмутился чуть попозже:
"Что за бл.дство, мать моя?".
Ну а он мне: "Так мороз же!".

Закатил я враз скандал:
"Ты хотел, чтоб я на пляже
По песочку в них скакал?
Дядя вас сейчас накажет!

Вы превысили предел
Моего терпенья, братцы!".
На уши ему надел
Те ботинки, если вкратце,

В окружении зимы...
Столько пробежало лет, а
До сих пор смеемся мы
С тех ботиночек для лета!

 

ЗАНАВЕСКА ПАМЯТИ

Внезапно появилась... Дара речи
Лишиться тут же не судьба, видать.
Я часто представлял такую встречу.
И где же радость? Где же благодать?

Собравшись с духом, отчеканил веско:
"Не появляться рядом соизволь"...
Года полупрозрачной занавеской
Задернули немыслимую боль.

 

ПОДСЛУШАНО В ЗАЛЕ ФИТНЕСА

Дама в возрасте за сорок,
Нет, под пятьдесят, точней,
В зал зашла, чтоб мокрый порох
Подсушить за пару дней.

Тренер фитнеса Серёжа
Наставлял на долгий путь:
"Чтобы выжать штангу лёжа,
Опусти ее на грудь".

Дама (с юмором, поди)
Безучастно вопрошала:
"На какую часть груди?
На конец иль на начало?"...

 

ЧЕМ СКРЕПИТЬ ЛЮБОВЬ?

Решил для подготовки семинара
Определить потребность в канцтоварах.
Теперь вам представляю список тут
На непредвзятый объективный суд:

Мне очень нужен беленький корректор –
Судьбе подправить отклоненный вектор!

Нужны мне кнопки, чтобы словно просо
Красиво разложить на стуле босса!

И ножниц нужно восемнадцать пачек -
Отрезать страхи, сплин и неудачи!

Резиночек для денег много нужно,
Удачу встретить чтоб во всеоружьи!

И ластик нужен, чтобы хоть на треть
Улыбочку с лица врага стереть!

Нужней всего, однако, скрепок тонна
Чтоб к сердцу прикрепить любовь бетонно!

Задумался, обрисовав нужду -
Не много ли от канцтоваров жду?

 

НЕ СПЕШИТЕ МЕНЯ ДОГОНЯТЬ!

Мне двадцать лет! Мне ничего не страшно!
Плевать что там несут пустые ведра!
С утра - Маринка! вечером - Наташка!
А завтра побегу к Аленке бодро!

Мне сорок. Что смеетесь в самом деле?
Мне ни к чему баталии и войны.
Схожу к Елене Львовне на неделе.
Затем недельку отдохну спокойно.

Мне шестьдесят... Мешают брови взгляду...
И рад, что нет помех пока что слуху...
Пойду-ка к телевизору присяду...
Глядишь по ДэТэВэ включат порнуху...

А вот и я. Опять не ждали? Здрасьте!
Где был? В низах. В середняках. В элите.
Какие женщины? Какие страсти?
Мне восемьдесят... Громче говорите...

Смеялись? Ну а мне уже вся сотня!!!
И завистью сменился смех сегодня!!!

 

ШЕЛЕСТИТ КАМЫШ В ПРИДОНЬЕ

Шелестит камыш в Придонье,
Высится стеной плетеной.
Ах, как хочется ладонью
Ощутить воды студеность!
Громкий всплеск! Исчез кусочек
Солнца в чешуе сазаньей…
Здесь ко мне приходят строчки
И природы осязанье!

 

ПО МОТИВАМ ОДНОГО АНЕКДОТА

На путь тупиковый пришла электричка,
А в ней, иззевавшись по старой привычке,
Вагон проверял озабоченный мент –
Уснул у окошка печальный студент.
На лавку взгляд коп перевел поневоле –
Учебник Ландау «Теория поля».
Студента тряхнув, полицмейстер сказал:
«Вставай, агроном! Белорусский вокзал!»

 

ВРАНЬЕ ЦЫГАНСКИХ КАРТ

Как бард со взглядом школяра,
С наивной песней бард,
Искал поддержку в ней наедине.

Я было принял на ура
Вранье цыганских карт,
Но оказался лишним в этом дне...

Любовь, конечно, не игра,
Не поп, не бодиарт...
Сорвавшись и не сдерживая гнев,

Я побежал от чувств вчера,
Но допустил фальстарт!
Ищу уныло истину в вине...

 

ПРАВОСУДИЕ

Не дай, судьба, кошмару
Попасть с устатку под
Колеса прокурорского авто.
За бампер и за фару,
За погнутый капот
Засадят так, что не найдет никто!

 

 

statue